28 iunie 2022
ZIARUL ROMÂNILOR DIN UCRAINA

Mărturii din iadul din Ucraina - The Times: „Soldații ruși mă violau în timp ce fiul meu înspăimântat plângea”

3 aprilie 2022 р. | Categorie: Noutăţi

Mărturii din iadul din Ucraina - The Times: „Soldații ruși mă violau în timp ce fiul meu înspăimântat plângea”

Femeia ucraineancă, al cărei caz poate fi luat în considerare primul în ancheta crimelor de război, a povestit jurnaliştilor britanici ce s-a întâmplat cu ea.

Fabrizio Bensch / Reuters

Natalia vorbește încet, temându-se că Alexei, fiul ei cel mic, se va trezi și va afla groaznicul adevăr. Adevărul despre motivul pentru care au fost nevoiți să fugă prin pădurea de pini din apropierea casei construită de tatăl său. Despre ce au făcut cu ea bărbații cu arme în mâini în timp ce băiatul plângea în casangeria întunecoasă. Și, de asemenea, despre cel care  zăcea la pământ mort în curtea lor, când au ieșit ultima oară de acolo.

„Nu înțelege prea multe”, a explicat ea în timpul unui apel telefonic din orașul din vestul Ucrainei, unde mama și fiul ei au fugit în urmă cu trei săptămâni. Înainte de asta, locuiau într-un sat de lângă Kiev.

„Aici, pe maidanul de joacă, se apropie de oameni și spune că a trebuit să ne mutăm din casa noastră din cauza războiului și a bandiților și că tata a rămas. Nu știe că tatăl său este mort”, a spus Natalia.

Publicația clarifică că acesta nu este numele real al ucrainencei. Nici numele fiului ei nu este  Alexei. Cu toate acestea, aceste nume au fost alese pentru a spune în siguranță povestea despre cum soldații ruși au invadat casa oamenilor, i-au jefuit, l-au împușcat pe bărbatul femeii și apoi au violat-o timp de câteva ore, pe 9 martie. Autoritățile ucrainene au raportat crime sexuale sistematice împotriva femeilor, comise de trupele ruse. Violul adăugat la arsenalul lor deja crud și arhaic. Ministrul de externe Dmitri Kuleba încearcă să obțină dreptate prin Curtea Penală Internațională, deoarece violul este o crimă de război din 2008.

Cazul Nataliei poate fi luat în considerare mai întâi. Săptămâna trecută, procurorul general al Ucrainei Irina Venediktova a anunțat deschiderea primei anchete oficiale privind cercetarea crimei femeii violate de soldații ruși după uciderea soțului ei. Natalia este  acea femeie. Ea a fost de acord să spună povestea ei dramatică pentru The Times pentru a risipi zvonurile că ar fi falsă.

Natalia, în vârstă de 33 de ani, și soțul ei, Andrei, în vârstă de 35 de ani, locuiau într-un cătun  mic din apropierea satului Şevcenkovo, raionul Brovarî, nu departe de capitala Ucrainei. Aici familia și-a construit casa printre pădurea de pini.

„Am planificat nașterea unui copil și am visat la propria noastră casă. Am vrut să trăim mai aproape de natură. De aceea nu ne-am stabilit în oraș. Soțul meu și-a pus sufletul în construcția acestei case. Totul a fost realizat din lemn natural și pietre. Ne-am dus în pădure și am strâns gunoiul pe care alți oameni l-au lăsat acolo”, și-a amintit femeia în timpul unei convorbiri telefonice. Acum locuiește în Ternopil.

Brovarî a devenit unul dintre primele câmpuri de luptă cu trupele rusești care încercau să captureze Kievul. Pe 8 martie, când a aflat că rușii au intrat în sat, familia a atârnat un cearșaf alb pe poartă pentru a arăta că „oamenii doar locuiesc aici și nimeni nu vrea probleme”. A doua zi dimineața, au auzit o singură împușcătură lângă casa lor și zgomote de spargere a porții. Ieșind din casă cu mâinile în sus, au văzut un grup de soldați, dintre care unul țintea în câinele care fusese ucis în curte.

„Au spus că nu știu dacă sunt oameni aici. Și nu vor să rănească pe nimeni. Toate aceste fabule tipice, spun ei, „ne credeam că mergem la școală și nu știam că suntem trimiși la război”, spune Natalia.

...Mai târziu, militarii au mers să caute combustibil pentru ATV-ul, care a fost furat de la vecini. Comandantul s-a uitat la Natalia, s-a prezentat drept Mihail Romanov și a spus că, dacă nu ar fi fost război, cu siguranță ar fi început o aventură între ei.

„A fost un alt tip pe nume Vitali care și-a cerut scuze pentru câine. A spus că acasă el și soția lui cresc câini. Mihail în acel moment părea beat. I-am rugat să plece pentru că fiul meu era speriat. Are doar patru ani. Le-am spus: Puteți pleca? Ai verificat deja casa și acum doar îl sperii”, a spus femeia.

Comandantul s-a supărat când a văzut jacheta de camuflaj în mașina lui Andrei și a deschis focul. A tras în mașină și apoi a amenințat că va arunca în aer mașina Nataliei cu o grenadă. Ea l-a implorat să nu facă asta și să lase transportul în caz de urgență. Dar militarul rus a luat cheile, a pornit motorul și a izbit mașina de un copac căzut. Abia atunci a plecat. Când s-a întunecat, familia a auzit mișcare la poartă. Andrei s-a dus să verifice ce se întâmplă, lăsând ușa deschisă în urma lui.

„Am auzit o singură împușcătură, zgomotul porții deschizându-se și apoi pași în casă”, a spus Natalia.

Era Romanov, care se întorsese cu un alt bărbat, de vreo 20 de ani, în uniformă neagră.

Am țipat: unde este soțul meu. Apoi m-am  uitat în curte și l-am văzut pe pământ, lângă  poartă. Cel mai tânăr mi-a pus un pistol la cap și a spus: „L-am împușcat pe soțul tău pentru că este nazist”, și-a amintit ucraineanca.

Natalia i-a strigat fiului să rămână în camera cazanelor, unde se ascundeau de bombardamente.

Soldatul rus i-a ordonat: „Ar fi bine să taci sau o să-ți iau copilul și să-i arăt cum creierul mamei este împrăștiat prin casă”, a spus Natalia.

„Mi-a ordonat să-mi dau jos hainele. M-au violat amândoi pe rând. Nu le-a păsat că fiul meu plângea în camera de cazane. Mi-au spus să merg la fiu să-l liniştesc și apoi să mă întorc. Tot timpul mi-au ținut un pistol la cap, și-au bătut joc de mine. Ei au spus: „Ce crezi, cum suge? Ar trebui s-o omorâm sau s-o lăsăm în viață?” și-a amintit femeia.

După un timp, bărbații au plecat. Și a putut să meargă la fiul ei, care, cuprins de frică, a  refuzat chiar să se miște. După 20 de minute, soldații ruși s-au întors și au violat-o din nou.

„Când s-au întors pentru a treia oară, erau atât de beți, încât cu greu se puteau ridica în picioare. În cele din urmă, amândoi au adormit în fotolii. M-am târât în camera de cazane și i-am spus fiului meu că trebuie să fugim foarte repede, altfel ne vor împușca”, a spus ucraineanca. De data aceasta, băiatul a urmat-o în tăcere în curte.

„În timp ce am deschis poarta, fiul a stat lângă trupul tatălui său. Dar era întuneric și nu înțelegea că era tatăl lui. El a întrebat: „O să fim împușcați ca omul acesta?” a adăugat Natalia.

Chiar și după ce a fugit prin câmp până la casa vecinilor, apoi la Brovari a doua zi și, în cele din urmă, în regiunea Lviv, Natalia  nu a putut să-i spună fiului ei despre uciderea tatălui său. În Brovari,  au rămas peste noapte la rude, care au trimis-o într-un oraș de lângă Ternopil, unde  erau evacuaţi  sora soţului ei cu copiii. Ea a fost cea care a convins-o pe Natalia să informeze poliția despre viol și crimă.

„Aș fi tăcut. Dar când ne-am dus la poliție, sora soțului m-a forțat să vorbesc. Și nu a existat întoarcere. Înțeleg că mulți oameni afectați tac pentru că le este frică. Mulți nu cred că se întâmplă lucruri atât de groaznice. O femeie cu care am fost după aceea a scris în grupul din sat. Și oamenii au spus: „Nu mai inventați”, şi-a vărsat amarul Natalia..

Ea l-a găsit pe Romanov prin intermediul rețelelor de socializare. S-a dovedit că a fost acuzat de multe atacuri. Încă nu știe numele celui de-al doilea violator. Dar este probabil singura victimă care îl poate recunoaște. Săptămâna trecută, i s-a spus că soldații ucraineni l-au ucis pe Romanov în Brovari. Dar Natalia nu este sigură dacă acest lucru este adevărat.

La Ternopil, când îl duce pe Alexei la locul de joacă, el le spune celorlalți copii: „Câinele meu iubit a fost ucis”. Nu știe despre moartea tatălui său. Chiar și atunci când merg cu mama la magazin, băiatul o întreabă : Să cumpărăm o gogoașă pentru tata. 24 aprilie trebuia să fie aniversarea căsătoriei lor. Cadavrul bărbatului Nataliei nu a fost încă luat.

„Nu îl putem îngropa, nu putem merge în sat pentru că este încă ocupat”, a spus ea, adăugând că nu știe dacă se va întoarce chiar dacă teritoriul va fi eliberat.

„Amintirile sunt foarte dureroase. Nu știu cum pot trăi cu toate astea. Dar încă înțeleg că soțul meu a construit această casă pentru noi. Nu mă pot decide niciodată s-o vând”, a adăugat Natalia.

The Times: «Русские солдаты насиловали меня, пока мой напуганный сын плакал»

Украинка, чье дело может быть рассмотрено первым в расследовании военных преступлений, рассказала британским журналистам, что с ней произошло.

© Fabrizio Bensch / Reuters

Наталья говорит тихо, боясь, что Алексей – ее маленький сын – проснется и узнает страшную правду. Правду о том, почему им пришлось бежать сосновым лесом из дома, который построил его отец. О том, что мужчины с оружием сделали с ней, пока мальчик сидел и плакал в темной котельне. А еще о том, кто лежал не живым в их дворе, когда они последний раз выходили оттуда.

«Он не многое понимает», — объяснила она во время телефонного звонка из западноукраинского города, куда мать и ее сын сбежали три недели назад. До этого они жили в селе близ Киева.

«Здесь на детской площадке он подходит к людям и говорит, что нам пришлось переехать из дома из-за войны и бандитов в доме и что папа остался. Он не знает, что его отец мертв», – рассказала Наталья.

Издание уточняет, что это не настоящее имя украинки. И ее сына тоже зовут не Алексей. Однако эти имена были избраны для того, чтобы можно было безопасно рассказать историю о том, как русские солдаты вторглись в дом людей, ограбили их, застрелили мужчину женщины, а затем насиловали ее саму несколько часов 9 марта.   Власти Украины сообщили о систематических сексуальных преступлениях против женщин со стороны войск России. Изнасилование дополнили их и без того жестокий и архаичный арсенал. Министр иностранных дел Дмитрий Кулеба пытается добиться справедливости через Международный уголовный суд, поскольку с 2008 года изнасилование считается военным преступлением.

Случай Натальи можно рассмотреть первым. На прошлой неделе Генеральный прокурор Украины Ирина Венедиктова объявила об открытии первого официального расследования случая изнасилования российскими солдатами женщины после убийства ее мужа. Наталья – это именно та женщина. Она согласилась рассказать свою историю The Times, чтобы развеять сплетни о якобы ее ложности.

33-летняя Наталья и ее 35-летний муж Андрей жили в небольшом хуторе вблизи села Шевченково Броварского района недалеко от украинской столицы. Здесь семья построила свой дом среди соснового леса.

«Мы планировали рождение ребенка и мечтали о собственном доме. Мы хотели жить поближе к природе. Вот поэтому мы не поселились в городе. Мой муж вложил душу в строительство этого дома. Все было сделано из природного дерева и камней. Мы ходили в лес и собирали мусор, который другие люди там оставили», – вспомнила женщина во время телефонного разговора. Сейчас он живет в Тернополе.

Бровары стали одним из первых полей битвы с русскими войсками, пытавшимися захватить Киев. 8 марта, узнав, что россияне зашли в деревню, семья повесила белую простыню на воротах, чтобы показать, что «здесь просто живут люди и никто не хочет проблем». На следующее утро они услышали одиночный выстрел возле своего дома и звуки разрушения ворот. Выйдя из дома с поднятыми руками, они увидели группу солдат, один из которых все еще целился в убитую во дворе собаку.

«Они сказали, что не знали, есть ли здесь люди. И что не хотят причинить никому зла. Все эти типичные басни, мол, «мы думали, что едем на учебу и не знали, что нас отправляют на войну», - говорит Наталья.

...Позже солдаты пошли искать горючее для квадроцикла, который украли у соседей.  Командир посмотрел на Наталию, представился как Михаил Романов, и сказал, что если бы не война, между ними точно завязался бы роман.

«Был другой парень по имени Виталий, который извинился за собаку. Он сказал, что дома вместе с женой разводит собак. Михаил в тот момент казался пьяным. Я попросила их уйти, потому что мой сын был напуган. Ему всего четыре года. Я сказала им: Можете уйти? Вы уже проверили дом и теперь только пугаете его», — рассказала женщина.

Командир разозлился, когда увидел камуфляжную куртку в машине Андрея и открыл огонь. Он обстрелял автомобиль, а затем пригрозил, что взорвет автомобиль Натальи гранатой. Она умоляла его не делать этого и оставить транспорт на случай чрезвычайной ситуации. Но русский военный выхватил ключи, завел двигатель и разбил машину о сваленное дерево. Только после этого он удалился. Когда стемнело, семья услышала движение у ворот. Андрей пошел проверить, что происходит, оставив за собой открытую дверь.

«Я услышала одиночный выстрел, звук открывания ворот, а затем шаги в доме», - рассказала Наталья.

Это был Романов, вернувшийся с другим примерно 20-летним мужчиной в черной униформе.

Я закричала: где мой муж. Потом посмотрели во двор и увидели его на земле у ворот. Младший парень приставил пистолет к моей голове и сказал: «Я застрелил твоего мужа, потому что он нацист», – вспомнила украинка.

Наталья крикнула сыну и приказала ему оставаться в котельной, где они скрывались от обстрелов.

«Муж сказал: «Тебе лучше заткнуться или я достану твоего ребенка и покажу ему, как мозги матери разлетаются по дому»», - рассказала Наталья, ее голос впервые стих.

«Он приказал мне снять одежду. Они оба насиловали меня по очереди. Им было безразлично, что мой сын плакал в котельной. Они сказали мне уйти и заставить его умолкнуть, а потом возвращаться. Все время они держали пистолет у моей головы, издевались над мной. Говорили: «Как думаешь, как она сосет? Нам ее убить или оставить в живых?», - вспомнила женщина.

Через некоторое время мужчины ушли. И она смогла пойти к сыну, которого охватил страх. Он отказывался двигаться. Через 20 минут русские солдаты вернулись и изнасиловали ее снова.

«Когда они вернулись в третий раз, были настолько пьяны, что едва стояли на ногах. В конце концов они оба заснули в креслах. Я проползла в котельную и сказала сыну, что нам нужно бежать очень быстро или нас застрелят», – рассказала украинка. На этот раз мальчик молча последовал за ней во двор.

«Пока я отворяла ворота, сын стоял рядом с телом отца. Но было темно и он не понимал, что это его отец. Он спросил: «Нас застрелят так же, как этого мужчину?» – добавила Наталья.

Даже после побега через поля в дом соседей, а затем в Бровары на следующий день и, наконец, во Львовскую область Наталья так и не смогла сказать сыну об убийстве отца. В Броварах она заночевала у родственников, отправивших ее в городок близ Тернополя, где находилась эвакуированная сестра ее мужа с детьми. Именно она убедила Наталью сообщить полиции об изнасиловании и убийстве.

«Я бы смолчала. Но когда мы пришли в полицию, сестра моего мужа вынудила меня говорить. И возврата уже не было. Я понимаю, что многие пострадавшие люди молчат, потому что боятся. Многие не верят, что такие страшные вещи происходят. Одна женщина, с которой я была после этого, написала в группу села. И люди говорили: «Прекрати придумывать», — сказала Наталья.

Она нашла Романова через социальные сети. Оказалось, его обвиняли во многих нападениях. Имени второго насильника она до сих пор не знает. Но она, вероятно, единственная жертва, которая может его узнать. На минувшей неделе ей сказали, что в Броварах украинские военные убили Романова. Но Наталья не знает точно, правда ли это.

В Тернополе, когда она отводит Алексея на детскую площадку, он говорит другим детям: «Мою любимую собаку убили». Он не знает о смерти отца. Даже когда они с мамой идут в магазин, мальчик просит маму: Давай купим пончик для папы. 24 апреля должна была быть годовщина их свадьбы. Тело мужчины Натальи еще не забрали.

«Мы не можем его похоронить, не можем поехать в деревню, потому что она до сих пор оккупирована», - сказала она, добавив, что не знает, вернется ли, даже если территорию освободят.

«Воспоминания очень тяжелые. Я не знаю, как я смогу жить с этим всем. Но я все еще понимаю, что мой муж построил этот дом для нас. Я никогда не смогу заставить себя его продать», – добавила Наталья.